Династия художников Осиповых-Федоровых

Династия художников Осиповых-Федоровых насчитывает около ста лет от Александра Осипова (1892-1981) до Даниила Федорова.

В 1903 году Александр Ефимович Осипов (1892-1981), сын крестьянина Кашинского уезда Тверской губернии, начал свою жизнь в искусстве, поступив учеником в иконописную мастерскую. Его родной правнук Даниил Федоров закончил недавно художественный факультет Московского педагогического университета. Между ними  два средних поколения. Владислав Георгиевич Федоров (19241993), его жена Тамара Александровна Осипова (19241989) и их дочь, художник по костюмам Мария Федорова.

Пятерых художников четырех поколений, при различности дарований, жанров и живописных манер, объединяет едва уловимое общее дыхание. Оно проявляется то в особом, осиповском, всплеске мазка, прорывающемся и в этюде его дочери, и в эскизе внучки, и в натюрмортах правнука. А также в особом ритме, классически-размеренном, но вдруг сломанном, нарушенном какой-то уж слишком смелой линией, ярким всполохом необычного цвета. И еще  в покоряющей искренности: писали, как дышали, как говорили  тихо, но в то же время ни на кого не оглядываясь. Тишина  особое качество этих художников.

Все они представители лирической линии в нашем искусстве. Старшие поколения династии получили отменное художественное образование. Александр Ефимович Осипов окончил Школу Общества поощрения художеств, занимаясь под руководством Н.Рериха и А.Рылова, и Петербургскую Академию художеств. Тамара Осипова и Владислав Федоров были однокашниками по Суриковскому институту, который они закончили по самой престижной в те годы мастерской, возглавляемой Сергеем Герасимовым. Герасимов брал к себе только самых талантливых. Владислав Федоров ходил у него в отменных колористах. Действительно, этот художник работал всегда на очень тонких, усложненных цветовых сочетаниях, умело создавая живописное напряжение, усиливающее эмоциональный эффект от картины. В работе Возвращение стада (1970-е годы) жанровая сцена приобретает монументальное звучание благодаря контрасту тонов оранжево-красного и бирюзового, создающему эффект теплоты, разлитой по земле заходящим солнцем. Темпераментный мазок, иногда  красочный удар по холсту  и при этом ничто не выходит за границы чувства меры. Ему удивительно точно удавались световые эффекты: солнечные лучи, заливающие траву на летней поляне и светящиеся сквозь листву, свинцовый свет пасмурного дня, фосфоресцирование воды на реке в хмурую погоду. Особенно часто встречаются у него пред-состояния: тишина перед закатом, последние минуты перед восходом, самое начало осени, первые признаки весны Неслучайно его коллегам казалось, что его работы всегда чуть-чуть не окончены. Но советам пройтись по холсту еще разок он упорно не внимал. Может быть, поэтому не сделал карьеры: он шел своим собственным путем, не желая ни в чем отходить от собственных представлений о художественной правде. Один из его Автопортретов находится в Третьяковской галерее. Выражение лица и мягкое, и волевое одновременно, цвет  почти классический, если бы не тончайшие сдвиги то в холод, то в теплоту.